Руперт Спайра. Новая религия адвайты  
Шедевр от Руперта Спайры.


Отрывок из первого тома книги "Присутствие", глава 20


Руперт Спайра. Некоторые главы из книги "Присутствие"



Мы можем бесконечно говорить о неограниченной природе Осознавания, но все это время отдельное внутреннее "я" удобно пребывает в теле.

Фактически, можно бесконечно говорить о природе Осознавания, о том, как все возникает в Осознавании, что нет отдельной личности, что ничего не нужно делать и некому делать и т.д., и это может стать дымовой завесой для гораздо более глубокого чувства разделения, которое слишком некомфортно, чтобы встретить его честно и во всей полноте.

Во многих случаях понимание, что "всё есть Осознавание, что здесь никого нет, что ничего не нужно делать", было присвоено внутренним "я", которое покрыло тонким слоем наши гораздо более глубокие чувства разлуки и несчастья. Это положило начало новой религии недвойственности.

Для того, чтобы оправдать чувства раздражения, грусти, нужды, беспокойства, одиночества и т.д., которые все еще продолжают существовать, и примирить их со своим новым просветленным статусом, мнимое "я" посредством запутанных рассуждений убеждает себя в том, что все эти чувства просто возникают в Осознавании и сделаны из Него.

В результате, счастье и несчастье считаются одинаковыми проявлениями в Осознавании, с невозможностью выбора между ними. Таким образом, отдельное внутреннее "я" остается нетронутым, скрытым в теле, подсознательно диктующим наши мысли, чувства, действия и отношения.


******

Отрывок из главы 36


Мы обманываем себя, если видим наши страдания, как возникающие в Осознавании вместе со всем остальным и, в результате считаем, что ничего не нужно делать. Страдание является, по определению, сопротивлением текущей ситуации и неизбежным поиском альтернативы в будущем. Если нет никакого сопротивления текущей ситуации - нет никаких страданий.

Поэтому, если текущая ситуация является переживанием страдания, и если нет абсолютно никакого сопротивления этому страданию, то страдание не может устоять, потому что страдание - это сопротивление. Страдание, следовательно, немедленно превращается в счастье.

Фактически, как только прекращается сопротивление - состояние страдания проявляется как счастье. Таким образом, счастье - это неотъемлемая природа самого страдания. Оно спокойно находится в сердце всех переживаний, включая страдание, ждущее своего распознания, ожидающее прекращения сопротивления, ждущее от нас проявления мужества и любви, чтобы встретиться со страданием лицом к лицу, без малейшего желания противостоять ему или уйти.

Именно по этой причине, даже в наши самые мрачные моменты отчаяния, мы никогда полностью не поддаемся несчастью. Если бы мы поддались, то не было бы места ни для чего другого, даже для мысли, понуждающей наше "я" отделиться и посмотреть на страдание, чтобы попытаться избавиться от него, и затем это было бы совершенной недвойственностью, и поэтому, совершенным счастьем.

Другими словами, нет такого понятия, как абсолютное страдание. Страдание всегда смешивается с чем-то еще - с желанием избавиться от него в мнимом будущем, то есть, с желанием счастья.

Однако, существует абсолютное счастье, которое не смешивается ни с малейшим оттенком чего-нибудь еще. Это наше Я.

Поэтому, если есть несчастье, то это потому, что мы принимаем себя за отдельное, внутреннее "я". В этом случае мнимое "я" не может сказать, что все, включая его собственное несчастье, возникает в Осознавании, потому что именно отдельное "я" является убеждением, что нечто, например, наше Я — является Осознаванием, а другое, такое, как объекты и мир — не является.

Следовательно, быть несчастным и обоснованно утверждать, что "ничего не нужно делать" - это противоречие в терминах. Отдельная сущность - это уже делание, отказ от текущей ситуации, поиск счастья. Это деятельность страдания и поиска.

Так что, если мы в качестве кажущейся личности считаем, что ничего не нужно делать, то обманываем себя. Мы создаем внешний лоск "недвойственности" над дискомфортными ощущениями, и у нас нет ни мужества, ни понимания, чтобы встретить их лицом к лицу.

В этом случае недвойственность становится нашей новой религией и мы используем ее для избегания честности и мужества в принятии нашего фактического опыта. В этом случае кажущееся отдельное, внутреннее "я" просто присваивает недвойственное учение и использует его для своей собственной защиты.

Такая позиция является просто верой и она не притрагивается к гораздо более глубоким слоям страданий, которые живут, как чувства в нашем теле. В самом деле, чем более решительно мы утверждаем нашу новую религию "ничего не нужно делать", тем безопаснее остается похороненным в теле отдельное "я".

Тем не менее, рано или поздно, в уединенности наших сердец страдание снова поднимается на поверхность и вынуждает нас искать счастье.

Если в качестве кажущейся личности мы считаем, что ничего не нужно делать, то фактически, будем в еще худшем положении, чем тот человек, который никогда не слышал об учении, потому что мы не только страдаем, но также путем запутанных рассуждений отказываем себе в средстве, с помощью которого можем увидеть происхождение и, следовательно, разрешение наших страданий.

По крайней мере, только тот, кто страдает и честно ищет решение, имеет возможность изучения своего опыта и обретения понимания природы страдания.

Единственное, чего страдание не может выдержать – это понимания, то есть, ясного видения. Страдание - это, в конечном счете, иллюзия, но для того, чтобы увидеть его таким, его нужно встретить лицом к лицу с мужеством и увидеть с ясностью.

Единственный выход из страдания - прямо через его сердце. Если мы отрицаем эту возможность, то застряли. Это отрицание под видом принятия, страх под маской покоя.

Истинное учение всегда спонтанно и может принимать большое разнообразие форм в соответствии с потребностями на данный момент. Рецепт "ничего не нужно делать" является лишь одной из возможных форм обучения. Если он приходит в данный момент как отклик любви и понимания на определенный вопрос или ситуацию, то он будет идеальным. Но если он применяется как механический ответ на все вопросы, то он увековечивает невежество, которое стремится облегчить. Фактически, в этом случае он исходит из невежества.

Истинное учение - не в словах, оно в любви и понимании, из которых слова происходят и которые ими пропитаны.

Слова являются просто упаковкой учения. Они являются важными, но только в той мере, в которой ведут обратно к месту своего происхождения. Будучи таковыми, и в руках умелого и чувствительного учителя или друга, в зависимости от текущей ситуации будет использоваться очень широкий спектр средств и выражений, время от времени включающих выражения, которые, казалось бы потворствуют кажущейся отдельной сущности и ее последствию, кажущемуся внешнему миру.

Аналогичным образом, если учение происходит из разумного интеллектуального анализа и передает слова в совершенных недвойственных формулировках, но им не хватает аромата практического понимания и любви, их нельзя назвать правдивой недвойственностью. Недвойственность - это живой опыт, а не механическая формула.

Так что же делать? Добиваться понимания, не интеллектуального понимания, а практического понимания, ясного видения.

Страдание зависит от невежества, то есть, игнорирования истинной природы переживания. Оно процветает на невнимательности. Оно не может устоять, будучи ясно увиденным. Оно исчезает, как тень, когда на нее попадает свет. Оно никогда не будет найдено. Вот почему в Индии это называют "иллюзия невежества", а не просто "невежество".

Делай все, что нужно делать, чтобы увидеть, что невежество и сопутствующее ему страдание не существует. То, что должно быть сделано, может отличаться от случая к случаю. Каждый из нас должен узнать это для себя.

Результатом этого исследования может быть понимание, что "ничего не нужно делать" и "нет того, кто делает". Если это так, это становится нашим непоколебимым знанием; не будет никаких вопросов об этом, и не нужно будет подтверждения этого от любого внешнего источника.

Однако, за исключением крайне редких случаев, это исследование веры в разделение на уровне ума, и более глубокое изучение чувства пребывания в теле и в качестве тела, является необходимым условием для такого практического понимания. Без него "ничего не нужно делать" и "нет того, кто делает" просто становятся новой верой, и "недвойственность" или "адвайта" деградирует, отдаляясь от живого, практического понимания, к религии.

Это правда, что когда распознается, что поистине, есть только Присутствие, то происходит понимание, что отдельная сущность и ее страдания есть и всегда были несуществующими, и поэтому идеи о том, что эта кажущаяся сущность может что-то делать или не делать, больше не возникают.

Однако, до тех пор, пока это не стало нашим собственным практическим пониманием, лучшее, что мы можем сделать - это исследовать кажущуюся двойственность опыта, потому что именно эта кажущаяся двойственность скрыла счастье, покой и любовь, к которым мы стремимся. То есть, мы можем исследовать внутреннее "я" и внешний мир.





















WEB © Nataris-studio 2012